Соединенные штаты Сибири дали свой ответ чужим культурам


Оцените статью:
ПлохоСойдетТак себеХорошоОчень хорошо (Пока оценок нет)
Загрузка...
Поделитесь:

Такой вывод сделал на своей публичной лекции в Томске кандидат философских наук, доцент кафедры теории и истории культуры ТГУ Дмитрий Галкин. Действительно, выставка повышает мировую узнаваемость «сибирского» гораздо лучше, чем всякие инновационные и экономические форумы с размытыми смыслами. «Соединенные штаты Сибири» поедут в Лондон и Нью-Йорк, что может принести художникам не меньше денег и славы, чем какому-нибудь пестуемому чиновниками «инновационному предпринимателю». Сила выставки может сработать и в обратном направлении: встреча с красноярскими или новосибирскими художниками в «естественной среде» способна привлечь иностранцев в большей степени, чем официально разрабатываемые «турпродукты».

По словам Дмитрия Галкина, «Соединенные штаты Сибири» выросли из другого выставочного проекта — «Русское бедное» (куратор — Марат Гельман). Особенности стиля «Русского бедного» заключается в том, что для создания искусства используются очень дешевые материалы: выразительные средства могут быть примитивны — хоть шнурки, хоть использованные чайные пакетики. Главное, чтобы художнику было, что сказать. Таким образом, в современном «русском бедном» целью является некое авторское высказывание, а не попытка сделать «красиво» или «гламурно». В этом смысле сибирские художники совпадают с другими российскими авторами гельмановского проекта.

Но есть и различия. В «Русском бедном» довольно много серьезных, даже драматических работ. В «Соединенных штатах Сибири» главной движущей силой является смех. Эту выставку даже можно сравнить с набором анекдотов. Но о чем же говорят сибиряки?

Наш ответ американцам

В начале лекции Дмитрий Галкин обратил внимание на кокошник Василия Слонова, которым открывается экспозиция, заметив, что в работе выражено все, что хотят сказать авторы выставки о Сибири, России, мире, отношениях различных культур. Посмотрим внимательно:

Кокошник — типичный русский символ. Но в слоновской интерпретации он сделан из грубого металла, вызывающего из памяти строки Пушкина о ссыльных декабристах:

«Во глубине сибирских руд
Храните гордое терпенье,
Не пропадет ваш скорбный труд
И дум высокое стремленье».

Заодно кокошник украшен цепями, ставящими вопрос о свободе «сибирских каторжан», до сих пор работающих на метрополию. Однако, все это совершенно несерьезно, с тем учетом, что на головном уборе (его действительно можно примерить) изображены мухоморы и елки, а сверху, по выражению Дмитрия Галкина, сибирский (или русский) медведь «натягивает» Микки-Мауса. И это уже символ отношений с американской культурой.

Вот что говорит кокошник от имени всей Сибири и России: «Имели мы вашу американскую культуру!».

Это послание расходится по всей выставке: художники делают с американскими поп-символами все, что захотят: то убивают их с помощью советских мультипликационных персонажей (Николай Копейкин), то помещают в суровый сибирский контекст, превращая попсовых героев в «настоящих людей» (Дамир Муратов и Константин Еременко). Параллельно Сергей Беспамятных идеализирует и канонизирует в стиле поп-арта наиболее известных врагов США: Каддафи, Уго Чавеса, Ясира Арафата, Милошевича, Че Гевару и прочих: мол, учитесь у них, лидеры русской (или сибирской) нации!

Психоанализ по-сибирски

Другая заметная история выставки — диалог Василия Слонова с официальными символами олимпиады в Сочи. По официальной версии, олимпиада — это грандиозное мероприятие, проведением которого на своей территории должна гордиться страна, и повод для распространения национальной культуры на международном уровне.

Что делает Слонов? Он берет символы олимпиады, заодно — типичные русские символы вроде лаптей и матрешек, и разоблачает их сущность, показывая, какое реальное «национальное» самосознание стоит за слащавой картинкой. По версии Дмитрия Галкина, серия псевдоплакатов «Welcome to Sochi-2014» — это деконструкция «типичного» русского и психоанализ коллективного состояния российского общества. То, что снаружи кажется милой матрешкой, на самом деле является гранатой, готовой взорваться. За показным гостеприимством мы видим агрессию, а за праздничным антуражем — повод залить в себя побольше водки.

Можно, конечно, пострадать по этому поводу, или повозмущаться, но психоанализ предполагает терапию, а терапия заключается в возможности рассмеяться и освободиться, таким образом, от привычных «серьезных» суждений, выйти за пределы депрессивных представлений о текущей национальной трагедии. Вы смеетесь над плакатом, над олимпиадой, над самими собой, и непосредственные переживания становятся важнее какой бы то ни было радикальной позиции. Сколько можно изображать одно, а жить совсем по-другому? Мы можем быть такими, как есть — несовершенными, но зато настоящими.

Сибирский фаллический культ

Центральное место на выставке занимает фотография стелы с картой Сибирского федерального округа, расположенной возле управления МВД по Новосибирской области. Когда эту стелу установили, всем стало очевидно, что контуры карты весьма напоминают мужской половой орган внушительных размеров.

Если бы Россия, или другая большая страна с претензиями на мировое господство в каком бы то ни было смысле вдруг обнаружила, что ее карта похожа на объект, откровенно связанный с сексом, то, скорее всего, она бы тщательно это скрывала. Но сибиряки совсем другие люди! Они выносят свою карту-фаллос на митинги и возят по городам в виде огромной фотографии, выставляя в музеях и центрах современного искусства.

Вот что показали всем сибиряки. В этом их сила. Они не стесняются. Чего уж там стесняться? Кто, если не сибиряки?

И это тоже смешно. Настолько, что запоминается навсегда.

Мария Митренина, редактор GlobalSib.com

На снимках: работы Василия Слонова, Сергея Беспамятных; куратор выставки Вячеслав Мизин на фоне карты СФО