Уютный космос Наташи Юдиной. Современное искусство в Томске


Оцените статью:
ПлохоСойдетТак себеХорошоОчень хорошо (Пока оценок нет)
Загрузка...
Поделитесь:

Отличительный признак современного искусства в том, что значение работ всегда определяется контекстом, в котором они существуют. Окружающей культурой, в широком смысле. Поэтому такое искусство и называется со-временным (contemporary), то есть созвучным сегодняшним процессам, отвечающим на них. Работы художников в данном случае никогда не являются просто «красивой вещью», способной вписаться в интерьер или городской пейзаж, «улучшая» его собой. Значение произведений современного искусства доступно тому, кто понимает контекст, то есть — знает, что сегодня происходит в культуре. Если не знает, то современное искусство может показаться бессмысленным. Но это не беда. Достаточно включить мозги (если есть такая опция) и увидеть, как произведение указывает на свой контекст. Как его детали или все оно в целом связано с тем, что физически находится за его пределами. С вещами, идеями, социальными проблемами, другими художественными произведениями. И когда ты вдруг осознаешь эти связи, то происходит вспышка понимания. В этой вспышке заключается тот кайф, который можно получить от встречи с contemporary art.

Произведения Наташи Юдиной как раз заставляют включать мозги, и задумываться, что это значит. Даже присутствующий на показе ребенок одну за другой выдавал свои интерпретации. Казалось бы: мы видим на картине небрежно сброшенное, смятое шелковое платье. Натюрморт? Как бы не так! Во-первых, за всяким платьем стоит хозяйка, ее женственность, интимность ее частной жизни, в которой возможны разбросанные платья. То есть, получается портрет через вещь. Во-вторых, у Наташи Юдиной текстиль изображается так, что это уже не просто ткань, а стихия. Штормовое море, ледники, пещеры, глубины психики, миры, приятные психоаналитику. Стихийность вещей Наташа иногда подчеркивает изображением игрушки — кораблика или утенка, плывущего среди высоких волн. Несерьезный утенок, конечно, сбивает драматический пафос, возвращая восприятие в спокойный домашний мир. Но, с другой стороны, маленькой игрушке, попавшей в текстильный водоворот, может быть, не слишком спокойно: вдруг захлестнет и утопит?

 

Тему игрушек в обманчиво домашних мирах художница продолжает в новой серии, где текстиль заполняет уже весь холст, раскрываясь, как космос, а игрушка имеет совсем другую, не живописную природу: она выполнена из пластика и прикреплена к картине болтами. Такая философская фишка: «субъект» одинок в огромном мире, и, хотя этому миру не принадлежит, намертво к нему прикручен. Впрочем, выглядит это совсем не трагично: пространство картины светлое, просторное, и, кажется, персонаж может свободно двигаться в нем, пока никто не смотрит.

Есть и другое измерение. Наташа Юдина работает с образами, которые человек, рожденный в СССР, привык воспринимать как определенно «хорошее». Это те маркеры жизненного опыта, которые составляют основу его идентичности и объединяют всех постсоветских, или, в современной интерпретации, условно-русских людей. Игрушечная лошадка, сказка про Курочку Рябу, цветочный рисунок на мамином платье, стихи Агнии Барто — неубиваемые, общие воспоминания! В этот же ряд у художницы попадают, например, Кремль и Гагарин. Но — как картинка из телевизора, столь же домашняя, как изображенные на картине ковер или выцветшие обои. Когда Кремль (форматом и размером) низводится до значка на вязаном свитере члена местного общества книголюбов, то вся политика и пафос из него уходят, и его уже можно любить и принимать за «свое», даже если реальный московский Кремль никогда вживую не видел. Да и не надо быть большим, чтобы любить великое и непростое — достаточно сделать его безопасным, удобным и подходящим для всякой квартиры в хрущевке. Фрукт — яблоко, а поэт — Пушкин.

Работы Наташи Юдиной интересно рассматривать и обсуждать, они запоминаются и производят приятное впечатление, несмотря на неоднозначное содержание. К сожалению, выставочные перспективы художницы пока туманны. В современных реалиях вопрос выхода художника к публике во многом определяется его связями с творческими союзами, кураторами и галеристами. Но искусство идет своей дорогой и не всегда совпадает с нужными тусовками.

Мария Митренина