Как перформеры были городом: опыт нового искусства в уличном потоке


Оцените статью:
ПлохоСойдетТак себеХорошоОчень хорошо (Пока оценок нет)
Загрузка...
Поделитесь:

Две группы участников двигались навстречу друг другу из крайних точек маршрута, одновременно исследуя потоки улицы: как минимум, горизонтальный (пешеходы и транспорт) и вертикальный (растения и здания). Поскольку речь шла о движенческом перформансе, инструментом исследования являлись тела участников, а методом — собственно движение. Таким образом, для понимания улицы перформерам не требовался язык слов: отражением (или продолжением) и интерпретацией происходящего становились ответные действия. Процесс сопровождался активной работой нескольких фотографов, с тем учетом, что перформанс как художественная акция, проект contemporary art, обязательно должен быть задокументирован. Но, с другой стороны, "Поток" можно отнести не столько к современному, сколько к новому искусству, теория и практика которого в последний год разрабатывается в Томске, а затем предъявляется в других городах.

Отличительной чертой нового искусства является то, что художник/перформер не занимается исполнением "замысла", и не отрабатывает заранее сформулированную концепцию. До самого события нового искусства как следует известна только ситуация, "стартовые условия", в которые перформер себя поместит. Он может выдвигать некие гипотезы и обозначать направления художественного исследования, но что именно произойдет во время перформанса — не известно.

Практика быть городом

С антропологической, или даже социальной точки зрения всякая ситуация предполагает определенные способы действий, определенные практики. Если ты оказываешься на улице, ты можешь идти пешком, ехать на транспорте, стоять (преимущественно на остановках), сидеть (как правило, на скамейке). Существует набор социально приемлемых движений, которые уместны в общественных пространствах. Люди, которые ведут себя иначе, встречаются не каждый день. Если на улице возникают не обычные для повседневности движения, то они, как правило, обозначены как нечто понятное большинству — "фестиваль", "уличный концерт" или "митинг". Но новое искусство не использует форматы, которые известны по прошлому опыту и сразу могут быть опознаны. Оно работает с тем, что есть здесь и сейчас, устанавливая не существовавшие ранее связи. В перформансе "Поток" (как и в предыдущей "Остановке") участники ориентировались на происходящее вокруг, отказываясь не только от собственной "социальности", но и даже от собственной субъектности, "человечности" и отдельности, становясь частью окружающего движения. Вместе с тем, они выделялись своими костюмами, как маркированные клетки в биологическом исследовании. Обычные уличные движения (идти, сидеть, стоять), переплетались с не слишком обычными (лежать, перекатываться по брусчатке, предельно сокращать дистанцию с прохожими) и образовывали особенный динамический рисунок, который, собственно, и составлял содержание перформанса, одновременно являясь процессом изобретения новой практики. Которую можно назвать практикой "быть городом".

Но здесь нужно подчеркнуть: содержанием перформанса является именно движение, а не его интерпретации или концепции. Поэтому для понимания подобных практик необходимо соучастие, включенность, личный опыт. Как минимум — начать двигаться по другим, не известным ранее траекториям.

Техническая сторона перформанса

Интересно еще зафиксировать два "технических" момента "Потока". Первый — регулярная "ловушка" для прохожих, когда перформеры перегораживали тротуар, вынуждая людей проходить между ними, как через "ворота", а не сбоку, а затем присоединялись, следуя с человеком или группой людей вместе. В этом, конечно, проявляется перформерское, а заодно и фотографическое насилие, поскольку фотографы наряду с перформерами норовили снять посторонних. Но ведь все мы вынуждены подчиняться встречаемым на улице препятствиям, и даже как-то на них реагировать — это и светофоры, и ямы, и раздатчики рекламы, и строительные работы; — то есть, город в любом случае, с перформерами или без, является средой для распространения насильственного регламента, определяющего наше движение внутри: это не то, что мы выбирали, но то, что является навязанным фактором.

Второй момент: фотографы отчасти легитимизировали перформанс, превращая его в нечто "приемлемое" — можно было принять его за "фотосессию" или за "молодежный флешмоб", в то время как люди в ярко-белой одежде без фотографов могли бы произвести впечатление настоящей опасности — "сектантской" или даже "политической", чем могли бы навлечь опасность на себя в виде агрессии или вызова полиции. Именно так получилось на прошлогоднем фестивале Street Vision, когда напуганные действиями танцовщиц/перформеров участники фестиваля обратились за помощью к охране.

Художественный эффект

Насчет художественности перформанса: после него хочется снять романтический мультфильм в стиле "Waking Life" Линклейтера про нескольких ярко-белых людей, которые двигаются навстречу друг другу сквозь не особенно яркий город.

Мария Митренина